Н. Гудрик-Кларк Оккультные корни нацизма. Тайные арийские культы и их влияние на нацистскую идеологию. | Otto Rahn Memorial
Syndicate content Syndicate content

Н. Гудрик-Кларк Оккультные корни нацизма. Тайные арийские культы и их влияние на нацистскую идеологию.

Н. Гудрик-Кларк Оккультные корни нацизма

Глава 14 КАРЛ МАРИЯ ВИЛИГУТ ЛИЧНЫЙ МАГ ГЕНРИХА ГИММЛЕРА

Арманисты, ариософисты и рунические оккультисты, с которыми мы встретились до сих пор, обладали в той иной степени стереотипным мировоззрением. В их доктринах шла речь о возвышенных и сверхчеловеческих предках, чей древний гностический закон нес арийцам мудрость, власть и благополучие, пока не был вытеснен чуждыми и враждебными культурами. Предполагалось, что эти предшественники скрывали свое венценосное знание в таинственных формах (рунах, мифах, традиций) и оно могло быть расшифровано только их духовными наследниками, которыми и являлись современные ариософы. Лист, Ланц фон Либенфельс, Горслебен и другие выдающиеся ученики гностической сокровищницы одушевляли собой жизнь секты, некоторые из их идей или символов могли проникнуть в более широкое социаль ное окружение. Таким образом, эти люди, конечно, влияли на общее мифотворческое настроение нацистской эры, но нельзя сказать, что они прямо определяли пос тупки тех, кто занимал ответственные посты и был наделен реальной политической властью и ответствен ностью.

Карл Мария Вилигут (1866-1946), так называемый Распутин Гиммлера, достиг именно такого влияния. Бла годаря своей родовой памяти и порождаемым ею образам древней немецкой традиции, он стал любимым на ставником Рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера и ему было дано официальное разрешение на исследования доисторического прошлого в СС между 1933 и 1939 годами. За период своей службы он прошел путь от гауптштурмфюрера СС (капитан) до Бригаденфюрера СС (бригадный генерал) - по личной рекомендации Гиммлера. Поскольку Гиммлер консультировался со своим наставником по самому широкому кругу вопросов, Вилигут принимал участие в разработке эмблемы Totenkopfring (кольца мертвой головы), которую носили члены СС и в концепции Вевельсбурга как ордена-замка СС и разработке других церемоний, ответственных за традиционную ауру идеологии СС: символы элитаризма, расовой чистоты и территориального господства. Но кто был Карл Мария Вилигут и как ему удалось достичь столь мощного влияния?
Ответ на этот вопрос во многом касается и характера самого Гиммлера. Среди высших лидеров Третьего Рейха, Гиммлер выглядит наиболее противоречивой личностью; его поступки одновременно мотивированы и стратью к рациональному планированию и склонностью к фан тазиям, никак не связанным с реальностью. Его предан ность порядку, пунктуальность, административная точ ность и педантический "ум учителя начальных классов" с очевидностью противоречили его же утопическому эн тузиазму, романтизму и даже оккультным склонностям. Это идеалистическое воображение Гиммлера привело к визионерской концепции СС и определило ее будущую роль: одетые в черное войска должны были передать свою кровь будущей арийской расе господ и стать иде ологической элитой Великого Немецкого Рейха. Сам Гиммлер, начиная с 1930 года был озабочен разработкой различных проектов, выражающих моральную цель и идеологическую миссию СС. Правила о браке от 1931 года, его планы колледжа для офицеров СС в Вевельс бурге в 1933, тесное сотрудничество с Рихардом Валь тером Дарре, главным нацистским теоретиком "крови и почвы" говорят об этих проектах. В 1935 вместе с Дарре он основывает Ahnenerbe, первоначально независимый институт, с правом проводить исследования в области древней немецкой истории и археологии. Ahnenerbe пер воначально входила в состав СС, ее академический штат принадлежал иерархии СС и носил униформу СС. Только в контексте этого поиска Гиммлером немецких корней и попытки обосновать ими идеологию СС, можно понять его патронаж над 66-летним Vцlkisch оккультистом Кар лом Мария Вилигут.
Вилигут родился 10 декабря 1866 в Вене. Его отец и дедушка служили офицерами в Австрийской армии и старший сын последовал семейной традиции. В возрасте четырнадцати лет он начал посещать имперскую кадет скую школу в Вене-Брейтензее, а в декабре 1884 поступил в 99 пехотный полк в Мостаре, в Герцеговине. В ноябре 1888 он был произведен в младшие лейтенанты, в 1892 стал лейтенантом, в 1903 - капитаном. В первый период своей военной карьеры он служил в 99, 88 и 47 пехотных полках в различных областях империи Габсбургов. На рубеже веков Вилигут обнаружил некоторые литератур ные амбиции, публикуя стихи, посвященные красоте природы, мифологическим сюжетам и полковой истории. В 1903 году написал крайне националистический трактат по мифологии, Seyfrreds Runen, а затем сборник стихов, посвященных легендам о Rabenstein at Zeiaim на авст ро-моравской границе. Предисловие Вилигута, ссылаю щееся на "германские корни" местных названий отражало настроения современной фольклористики Франца Кисслинга и Гвидо фон Листа. Книга была опубликована Фридрихом Шалком, который издавал также и некоторые из ранних работ Листа. Время, проведенное в военных шеренгах, описано Вилигутом как время устойчивых социальных связей, дружбы и крепкого сообщества, ко торое можно сравнить только с его пребыванием в Шла раффии, квазимасонской ложе, в которую он вступил в Граце в 1889 и достиг там статуса Рыцаря и поста первого Канцлера; эту должность он исполнял вплоть до своей отставки в 1909 году. Его имя в ложе было Lobesam и оно также появилось на титульном листе его книги. Впрочем, не существует никаких свидетельств о связи этой ложи с пангерманским движением, равно как и указаний на то, что Вилигут был связан еще с какой нибудь националистической организацией в имперской Австрии.
В мае 1912 Вилигут был произведен в майоры и к началу войны все еще служил в 47 пехотном полку. В октябре 1914 он как офицер штаба 30 пехотного полка принимал участие в боевых действиях против русской армии в Карпатах, по всему северо-восточному флангу империи. После этой изнурительной кампании, во время которой он и участвовал в боях и совершал длительные ночные марши, Вилигут был произведен в лейтенант полковники и переведен в Грац для того, чтобы организо вать подкрепление для 14-го и 19-го пехотных полков. Затем он был отправлен на итальянский фронт, где сменил ряд постов между июнем 1915 и следующей весной. В июне 1916 был назначен командующим офице ром в резервный округ Зальцбурга и в августе 1917 получил звание полковника. В ходе войны он был на гражден за храбрость и отмечен старшими офицерами. Фельдмаршал Даниель характеризовал его как "без укоризненный характер... крайне опытный, добросовест ный офицер... способный к командованию полком", эту оценку разделяли и другие высшие офицеры. В мае 1918 Вилигут был отозван с фронта в Южный Тироль и назначен командовать лагерями для демобилизованных солдат в Zolkiew, севернее Львова, на Украине. После почти сорока лет военной службы, он был уволен 1 января 1919 и вернулся в Зальцбург.
The Occult Roots of Nazism: Secret Aryan Cults and Their Influence on Nazi Ideology: The Ariosophists of Austria and GermanyПоследующее влияние Вилигута на vцlkisch группы и на СС, основывается на его репутации последнего наследника древней линии германских святых, Вилиготис из Asa-Uana-Sippe, ведущих свой род из бесконечных глубин истории. Вилигут утверждал, что владеет родовой памятью, которая позволяет ему помнить события из жизни его племени более чем тысячелетней давности. Трудно установить, когда впервые Вилигут связал себя с этой традицией, предвоенные документы, свидетельст вующие об этом, крайне скудны. Он сообщал, что полу чает советы и наставления в рунической форме от своего дедушки Карла Вилигута (1794-1883), а что посвя щением в семейные тайны он обязан своему отцу; примерно в 1890 это произошло. Серии из девяти язы ческих заповедей были написаны им примерно в июле 1908 года. Единственным источником языческой традиции перед войной для Вилигута был Теодор Цепль из Ордена Новых Тамплиеров, который очевидно знал Вилигута в 1908 году по оккультным кругам Вены; их общими зна комыми были Вилли Талер, кузен Вилигута, его жена Мари Талер, известная актриса и несколько братьев ONT. Опираясь на это давнее знакомство, Ланц фон Либенфельс после войны поручил Цеплю восстановить контакт с Вилигутом, поскольку слух о его принадлеж ности к "тайным германским королям" уже проник в vцlkisch среду. В соответствии с этим поручением Цепль трижды посещал Вилигута, а в зиму 1920-21 гостил в его доме в Зальцбурге целых семь недель. О своем общении с Вилигутом он подробно доложил в развернутой записке, подготовленной для ONT.
Вилигут рассказывал Цеплю о том, что является наследником древней линии немецких королей, показы вал ему гема по геральдике, свой герб и фамильную печать в доказательство своих слов. Он уклончиво сооб щал, что "его корона хранится в императорском дворце в Гоцларе, а меч - под могильным камнем в Стейна мангер". Опираясь на видения своей родовой памяти, он описывал религиозные практики, военную организацию и законы древних германцев в терминах, подозрительно близких ранним откровениям Гвидо фон Листа. Помимо этого Вилигут утверждал, что Библия в действительности первоначально была написана в Германии; он связывал ее с ирминистской религией, отличающейся от культа Вотана и во многом противоположной ему; в ней молились германскому богу Krist, впоследствии заимство ванному христианской религией и превращенного в Спасителя. Вилигут также одобрительно высказывался о намерении Ланца выпустить вторую серию Ostara, пос кольку это могло бы пролить свет на действительные арийские корни христианства. Когда Цепль уезжал, Вилигут подарил ему поэму, озаглавленную "Немецкая вера", мистический пиетизм в ней соединялся с надеждой на национальное искупление. На основании этой встречи с Цеплем, можно заключить, что доктрина Вилигута представляла собой смесь тевтонского архаизма Листа и арио-христианства Ланца, выполненную в романической форме. Вполне вероятно, что его идеи о Krist'e повлияли на Горслебена в 1920-х гг.
Эти элементы доктрины Вилигута могут быть датированы 1920-м годом. Их более поздняя разработка лучше всего обнаруживает себя в многочисленных рабо тах его австрийского ученика Эрнста Рюдигера (1885 1952), с которым он впервые встретился во время войны и с которым сотрудничал все следующее десятилетие. По Рюдигеру, Вилигут приписывал древним германцам историю, культуру и религию такого возраста, который намного превышал общепринятые мнения академических исследователей древней истории. Его хронология начина лась где-то около 228 000 до н.э., в те времена на небе было три солнца, а земля была населена гигантами, карликами и другими, по-видимому, мифологическими существами. Собственно история начиналась для Вилигу та в тот момент, когда его предки, Адлер-Вилиготен, помогли установить мир после долгого периода войны, чем и ознаменовали наступление "второй Бозо культуры", символом которой стало основание города Arual-Jцnivallas (Гоцлар) в 78 000 до н. э. Последующее тысячелетие содержит подробное описание племенных конфликтов и массовых переселений на сказочные континенты теософ ской традиции. Около 12 500 до н. э. была провозглашена ирминистская религия Криста и она стала универсальной верой для германцев до тех пока ее авторитет не был подорван отколовшимися вотанистами. В 9600 до н. э. наступил апогей в непрерывной борьбе двух религий. Балдур-Крестос, священный пророк ирминизма был рас пят вотанистами в Гоцларе. Впрочем, пророк ускользнул в Азию и религиозные конфликты продолжались все последующее тысячелетие. Вотанисты разрушили свя щенный ирминистский центр в Гоцларе в 1200 до н. э., но ирминисты построили новый храм в Экстернштайне около Детмольда. Но и он был захвачен вотанистами в 460, перед тем как окончательно разграбленным попасть в руки Шарлеманя во время его кампании против язы ческих саксонцев в девятом веке.
В этом повествовании о прошлом большую роль Вилигут приписывает своим предкам. Вилиготис были Ueis Kuinigs (мудрыми королями), ведущими свой род от союза Дsen (богов воздуха) с Wanen (богами воды), в те времена, когда земля еще была населена мифическими существами. Позже его род управлял ко ролевством в Бургенланде, вот почему такое важное значение в своих воспоминаниях Вилигут связывает со Штейнамангером и Веной, сравнимой для него с Гоцла ром. Когда Шарлемань преследовал язычников по всей Германии, роду Вилигут удалось избежать плена франков и бежать на острова Рагое, а оттуда - в центральную Россию. Там Вилигут основали город Вильну, ставшую центром весьма протяженной готской империи, чье мирное существование, впрочем, постоянно нарушалось враждебными вторжениями христиан и русских. В итоге, семья переехала в Венгрию в 1242, где смогла укрыться от бдительности католической церкви и ненависти во танистов. На протяжении всей истории семья Вилигут сохраняла неколебимую веру в ирминистскую веру. Среди других выдающихся членов его рода, Вилигут вспоминает об Армине Черускере и Виггукинде, оба - героические фигуры ранней немецкой истории. Совершенно понятно, что эпические изложения предполагаемой генеалогии и семейной истории служили Вилигуту в качестве сцены, на которой он мог бы удачнее представить непреходящую значимость его собственных предков.
В начале 1920-х годов Вилигут начал убеждаться, что стал жертвой многовекового преследования его рода и ирминистской религии. То преследование совпало для него с настоящим заговором против него католической церкви, евреев и франкмасонов; он обвинил их также в проигранной войне и развале империи. Для того, чтобы обнародовать свои идеи среди других возмущенных патриотов новой социалистической австрийской рес публики, он основал антисемитскую лигу в Зальцбурге и начал выпускать газету под названием "Железная метла", в которой яростно нападал на евреев и франк масонов. В то же время брак Вилигута находился под большой угрозой. В 1907 он женился на Мальвине Леутс фон Трейнринген из Бозена, которая родила ему двух дочерей, Гертруду (род. в 1907) и Лотту (род. в 1910). Сын, близнец одной из дочерей, умер в младенчестве, тем самым сделав невозможным наследование тайного родового знания, поскольку оно передается только стар шему сыну. Вилигут решил отомстить своей жене за такую утрату и, поскольку по случаю отставки все больше находился дома, был крайне угрюм. Что касается его жены, то она немного знала о его проблемах с традицией и была больше обеспокоена отсутствием гарантий на кредит, который Вилигут выдал своему бывшему сос луживцу. Позже Вилигут утверждал, что этот человек также был агентом всемирного заговора против него. Все эти проблемы внезапно обострились в ноябре 1924, когда Вилигут против собственной воли был отправлен в клинику душевных болезней Зальцбурга; здесь его квалифицировали как психически больного и он оставался на излечении до начала 1927 года. В полный отчет о его состоянии входили сообщения о его жестокости дома, угрозах убить жену, грандиозных проектах, экс центричном поведении и увлечении оккультизмом; на основании всех симптомов ему поставили диагноз шизоф рении с мегаломанией и параноидальными расстройст вами. Суд Зальцбурга признал его неспособным к ведению собственных дел на основании медицинского заключения.
Во время своей изоляции Вилигут продолжал пере писываться с теми верными друзьями, чья вера в его наследственность и родовую память осталась непоколеб ленной. Среди этих друзей были его австрийские ученики Эрнст Рюдигер и Фридрих Тельтшер из Инсбрука, в Германии - Фридрих Шиллер (ONT), несколько членов Общества Эдды, включая Вернера фон Бюлов, Рихарда Андерса (ONT) и жену казначея Кати Шэфер-Гердау. Благодаря их помощи и поддержке, Вилигут смог воз обновить свою деятельность в качестве немецкого святого сразу же после выхода из сумасшедшего дома. В 1932 Вилигут оставил свою семью и австрийское государство. Он эмигрировал в Германию и поселился в одном из пригородов Мюнхена. Вновь предавшись своим родовым разысканиям, он вскоре стал знаменитостью среди рунических оккультистов Германии. Долгое время он был желанным гостем в доме Кати Шэфер-Гердау в Мюльхаузене и кружок, известный под названием "Сво бодные сыны Севера и Балтийского моря" собирался послушать его семейный эпос и оракульские изречения. В начале 1933 Общество Эдды напечатало длинное описание и интерпретацию печати семьи Вилигута как выдающегося примера "арманистского рунологического наследства". Летом 1934 Общество начало издавать страницы рунических рифм, нумерологические изречения и мифологические стихи Ярла Видара (новый псевдоним Вилигута) в своем журнале Hagal. Предисловие изда тельства к июльскому номеру сообщало о том, что журнал вступает в новую эпоху и с этого момента черпает из нового источника мудрости. Высказывалось также пред положение, что и Лист, и Горслебен могли бы позавидо вать такой семейной традиции.
Вилигут ясно понимал сходство между своей мифологией и апокалиптическими надеждами, обрушившимися на Германию в связи с нацистской рево люцией в январе 1933. Так поступали другие. Его старый друг, Рихард Андерс, теперь офицер СС, представил старого мистика своему шефу Генриху Гиммлеру. Пос ледний был потрясен родовыми видениями Вилигута и решил использовать насколько возможно уникальный источник информации о древней немецкой религии и традиции. В сентябре 1933 Вилигут вступил в СС под псевдонимом Карл Мария Вейстхор и был назначен гла вой отделения древней и ранней истории в Главной Службе Расы и Населения СС в Мюнхене. Его обязан ности здесь состояли в том, чтобы перелагать на бумагу свои родовые воспоминания, обсуждать семейную традицию с Гиммлером и быть в состоянии ком ментировать различные сюжеты древней истории. В 1934, в первый год полной службы в СС, Вейстхор встретил благоволение со стороны своего нового мастера. Переписка между ними в этот и последующие годы свидетельствует о чрезвычайно сердечных взаимоотно шениях между Гиммлером и Вейстхором, вплоть до обме на поздравительными телеграммами на день рождения и подарками. Более важно то, что письма Вейстхора со держали множество замечаний относительно семейной традиции Вилигута, рифмованные выражения рунической мудрости, мифологические стихи, размышления о кос мологии и эпохах древней истории, копии девяти язы ческих заповедей от 1908 с их рунической транслите рацией, ирминистские молитвы на готском языке. Многие из таких фрагментов Гиммлер тщательно сохранял и содержал их среди личных бумаг. В апреле 1934 Вейстхор был произведен в штандартенфюреры СС (полковник), что напоминало о его прежнем звании в армии Австрийской империи; в октябре 1934 он назначен главой VIII Отдела (Архивы) Главной Службы Рас и Населения и уже в следующем месяце он получает звание Обер фюрера СС.
В августе 1934 Вейстхор заводит знакомство с Гюн тером Кирхгофом, страстным исследователем немецкой древней истории, с которым начиная с весны он состоял в переписке, под наблюдением Гиммлера. Гюнтер Кирхгоф (1892-1975) жил в Гаггенау, около Баден-Ба дена в Черном Лесу. Член послевоенного Общества Листа в Берлине и товарищ Тарнхари, Кирхгоф, занимался генеалогией и интерпретировал различные легенды как отражения действительных исторических событий. Он также высказывал предположения о существовании гео дезических линий энергии, проходящих через весь континент. Потрясенный письмами Кирхгоффа, Вейстхор переправил их Гиммлеру, снабдив восторженным ком ментарием о том, что "слава богу, кроме меня, есть другие посвященные, которые умеют правильно читать времена". Он также со значением отметил то обстоя тельство, что Кирхгофф использует фамильную печать. Спустя две недели Вейстхор направил другое эссе Кирхгоффа под названием "Rotbart von Kyfftiauser" Гиммлеру и Рейхминистру Вальтеру Дарре со словами "содержание прилагаемого текста крайне важно как в отношении нашего прошлого, так и в связи с настоящим" и просил двух лидеров внимательно изучить работу до Дня Партии для того, чтобы они могли вместе подробно обсудить ее. В эссе содержалось описание структур уп равления древней Германии с явными отсылами к Armanensehaft Листа. Кирхгофф писал, что древняя Ев ропа управлялась Тремя Великими, а именно Вискунигом из Гоцлара, Королем Артуром из Стоунхенга и Эрманрихом из Винеты или Вильны. Им подчинялся Великий Король Тюрингии, Гюнтер Красная Борода, племя которого ушло в Шотландию в 800 до н. э., где стало известно как клан Киркпатрика. На основании этимологии Листа Кирхгофф вывел свое кровное родство с родом Гюнтера и кланом Киркпатрика и выбрал себе герб, похожий на герб Эрфурта в Тюрингии, чтобы продемонстрировать эту фамильную связь. Этот труд, в библиографии которого значилось пятьдесят или более манускриптов самого различного рода, от Нибелунгов до Розенкрейцеров, Кирхгофф представил на рассмотрение в Личную Комиссию Рейхсфюрера СС и в Ahnenerte между 1936 и 1944 гг.
Когда Кирхгофф начал писать о религиозном зна чении холма Мург около Баден-Бадена, весной 1936, Вейстхор не стал больше терять времени и отправился с визитом в Гаггенау с целью личного знакомства. В июне 1936 Кирхгофф и Вейстхор совершили восьмиднев ную прогулку в районе Черного Леса. Формальный отчет о ней, представленный в СС, занял 87 печатных страниц и включал в себя 168 фотографий старых бревенчатых домов, архитектурного орнамента (включая скульптуры, гербы, руны и другие символы), кресты, надписи, есте ственные и человеческие сооружения в лесу. На осно вании этого списка реликвий Вейстхор заключил, что область вокруг Шлосс Эберштайн образует грандиозный ирминистский религиозный комплекс, изображающий "глаз Бога в треугольнике"; местные названия и топог рафические особенности подтверждают это. Этот религиозный символ однажды обсуждался в журнале Hagal: "вращающийся глаз" (Draugh) состоял из равно бедренного треугольника, чьи углы символизировали точ ку духа, точку энергии и точку материи; окружность, проведенная через них означала карму, сознание двига лось по этому пути, увеличивая меру своей трансце дентальной продвинутости. Хотя Вейстхор и формулирует свою идею как нечто оригинальное, ссылки на оккуль тный архитектурный символизм и vehmgericht в его отчете явно указывают на влияние Листа и Горслебена, возможно сообщившееся Вейстхору чдэез Кирхгоффа. Вейстхор совершил еще, по меньшей мере, пять таких поездок по Германии, пытаясь подтвердить существо вание ирминистского комплекса в священной земле Гоц лара.
Уверенный в опеке Вейстхора, Кирхгофф между тем испытывал терпение Ahnenerbe; Гиммлер приказал институту рассмотреть работы Кирхгоффа. Один из ака демиков СС, которому пришлось квалифицировать риту альный камень около Баден-Бадена и другие открытия Кирхгоффа сообщил, что Кирхгофф ничего не понимает в доказательствах, что его данные абсурдны, что его библиотека содержит множество оккультной литературы (Лист, Кернер, Горслебен), но ничего из того, что имеет отношение к научному исследованию древней истории. Когда в начале 1938 Ahnenerbe отвергла его труд о церкви, Кирхгофф гневно обвинил институт в пособниче стве католическому заговору. Но Ahnenerbe, обладающая к этому времени множеством проектов Кирхгоффа, за няла твердую позицию; в отчетах его называли "фанта зером худшего толка", а его работы "вздором". Тем не менее Гиммлер не понимал, почему Ahnenerbe так пре небрегает Кирхгоффом и выказал огромный интерес к его описанию гексагонального религиозного комплекса в окрестностях Райденштайна около Гаггенау. Камень, най денный здесь, Кирхгофф связал с семейными традициями Тарнхари, чей предок XVI века носил имя Лотрер фон Доферинг Райденштайн. Гиммлер настаивал на том, что бы упорствующая Ahnenerbe разобралась с Кирхгоффом, но начало войны отложило на неопределенное время предполагаемые раскопки. Настоящее значение этого спо ра - в обнаружившейся позиции Гиммлера, готового под держивать оккультистов даже перед лицом академической оппозиции из его Личной Комиссии в Ahnenerbe. Тот факт, что Вейстхор и Кирхгофф продолжали пользоваться вниманием и расположением Рейхсфюрера СС, несмотря на выданную им оценку, должен был чрезвычайно бесить членов института. Что касается самого Кирхгоффа, он продолжал писать в Ahnenerbe и во время войны. Пос ледней работой, которую он предложил нацистским уче ным, был тридцати-страничный оккультный трактат о причинах отступления немецких войск, отправленный в конце 1944 и адресованный Адольфу Гитлеру через Гиммлера.
Наибольший вклад Вейстхора в дело Третьего Рейха связан с формированием Вевельсбурга как орденского замка СС и его церемониального центра. Во время нацистской выборной кампании в январе 1933 года Гиммлер путешествовал по Вестфалии и тогда впервые познакомился с "землей Германа и Видукинда". Таинственная атмосфера Тевтоноского леса, подъем в тумане на Hermannsdenkmal, романтический замок Гре венбург, где партия Фюрера остановилась для ночлега, произвели глубокое впечатление на Гиммлера, он заду мался о приобретении такого замка для целей СС. Осмот рев в том же году еще два замка, 3 ноября 1933 Гиммлер вместе с членами Личной Комиссии, посетил Вевельсбург и остановил свой выбор на этом замке. Он еще посещал его в апреле, а в августе 1934 замок был официально передан СС. Вевельсбург начал свой путь как музей и колледж идеологического образования для офицеров СС, в рамках Главной Службы Расы и Населения, но уже в феврале 1935 перешел под непосредственный контроль Личной Комиссии Рейхсфюрера СС. Этот переход свиде тельствовал.о растущей значимости замка для Гиммлера, а также о его зреющих планах орденского замка для СС, сравнимого с Мариенбургом средневековых Тев тонских Рыцарей.
Подтолкнул к радикализации концепции Вевельсбур га конечно же Вейстхор, сопровождавший Гиммлера во время его визитов в замок. Вейстхор предсказывал, что замку суждено стать магическим местом в будущей борьбе между Европой и Азией. Его идея опиралась на старую вестфальскую легенду, нашедшую романтическое выра жение в поэме XIX века. В ней описывается видение старого пастуха о "битве у березы", в которой огромная армия с Востока будет окончательно разбита Западом. Вейстхор сообщил эту легенду Гиммлеру, утверждая, что Вевельсбург станет бастионом, о который разобьется "на шествие новых Гуннов", исполнив тем самым старое пророчество. Карл Вольф, Главный Адъютант Личной Комиссии вспоминал о том, что Гиммлер был весьма тронут идеей Вейстхора, она удовлетворяла его собст венным представлениям о будущей роли СС в деле защиты Европы в грядущей конфронтации Запада и Востока, которую он планировал на одно-два столетия вперед. Невозможно точно доказать, что в конце 1933 влияние Вейстхора определило выбор Вевельсбурга, но совершенно точно, что начиная с 1935 его интерпретация вестфальской легенды и другие разговоры с Гиммлером обозначили новую концепцию Вевельсбурга.
Вейстхор также сыграл важную роль в формировании ритуалов СС. В ходе своих визитов в Вевельсбург, он установил теплые отношения с комендантом замка, Ман фредом фон Кнобельсдорфом. Воодушевленный их бесе дами на религиозные темы, Кнобельсдорф постарался воскресить ирминистскую веру в различных ритуалах, исполняемых в замке. Сюда входили языческие свадебные церемонии для офицеров СС и их невест, на которых Вейстхор появлялся с палкой из слоновой кости, увен чанной голубой лентой, с изображенными на ней рунами; ежегодные встречи весны, праздники урожая, летнего солнцестояния - праздники устраивались как для офице ров СС так и для жителей окрестных деревень. Кно бельсдорф писал Вейстхору письма с уверениями в "ирминистской преданности", постоянно свидетельствуя тем самым о своем интересе к старой религии. Наряду с этим, Гиммлер поручил Вейстхору разработку эмблемы СС Totenkopfring, весомого символа участия в ордене, требующего полного повиновения и преданности. Кольцо вручалось Гиммлером лично и сопровождалось докумен том, описывающим его орнамент и смысл. Орнамент включал в себя мертвую голову (череп), двойную sig руну, свастику, hagal - руну и группу рун <f14.gif>, которые указывали на традиции Вейстхора. Кроме того, кольцо имело ритуальную связь с Вевельсбургом: в 1938 Гиммлер объявил, что кольца всех погибших членов и офицеров СС должны быть возвращены на хранение в замок как символ их неизменного присутствия в ордене. Здесь снова символика и ритуал обнаруживают влияние Вейстхора на церемониал и псевдорелигию СС.
Окончательный план Вевельсбурга отражает гиммле ровский культ СС. Главным залом замка была огромная круглая комната под сводом в северной башне, украшен ной гербом Группенфюрера СС; в подвале или просто ниже в зале Обергруппенфюрера СС проводились пов седневные церемонии. Во флигелях замка располагались учебные комнаты, названные и оформленные при помощи героев "нордической мифологии": Видукинда, короля Генриха, Генри Льва, короля Артура и Грааля. Планы местности, датируемые 1940-1942 годами предполагает перемещение окружающих деревень на значительное рас стояние и строительство грандиозного архитектурного комплекса, состоящего из залов, галерей, башен и ба шенок, крепостных стен, выполненных в форме полукруга на склоне холма как основная защита первоначального средневекового замка. Фотографии архитектурных моде лей замка демонстрируют проект, который должен был быть закончен к 1960-м годам; по-видимому, Гиммлер мечтал о создании Ватикана СС, центра тысячелетнего Великого Немецкого Рейха. Этот визионерский город, наверное, должен был служить также центром возрож дения древней религии и традиций, первоначально откры тых Вейстхором в 1930-х.
Весной 1935 Вейстхор переехал из Мюнхена в Берлин, где продолжил свою работу с Главным Адъютантом Личной Комиссии Рейхсфюрера СС. Переход в высшее окружение указывает на то, как высоко Гиммлер ценил Вейстхора и свои беседы с ним. Свидетели сообщают, что теперь он был занят более чем когда-либо, в окру жении адъютантов и связных, во всеобщей атмосфере спешки и правительственной суеты столицы Рейха. Слу жебная машина ежедневно забирала Вейстхора с его частной виллы в Грюневальде, часто - прежде чем он успевал закончить свой завтрак, старший офицер зна комил его с необходимым списком встреч, поездок и корреспонденцией. Гостями на вилле Каспар Тейсс Штрассе 33 были Генрих Гиммлер, Иоахим фон Лиирс, Эдмунд Кисе, Отто Ран, Рихард Андерс, и Фридрих Шиллер. Помимо своих занятий Вевельсбургом и экс курсий по Черному Лесу, Вейстхор продолжал время от времени производить воспоминания, касающиеся семей ной традиции, составил изречения Halgarita, германские мантры, предназначенные для стимуляции родовой памяти, готский календарь на 1937 год со стихами и кроме того работал над проектом Totenkopfring. Любо пытным политическим примером его деятельности была разработка проекта по восстановлению ирминистской религии в Германии; проект предусматривал во всех деталях ограничения, накладываемые на служителей культа, национализацию всякой духовной собственности, восстановление и сохранение древних памятников. В сен тябре 1936 он был произведен в Бригаденфюреры СС (бригадный генерал) Личной Комиссии Рейхсфюрера СС.
Отто Ран (1904-1939), одаренный молодой писатель и историк, также сотрудничал с Вейстхором в берлинский период. Он родился 18 февраля 1904 в Михельштадте, Одснвальд. В 1928 закончил университет по специаль ности "литература и филология". Испытывая глубокий интерес к средневековым катарам и легендам о Граале, он занимался исследованиями и много путешествовал в Провансе, Каталонии, Италии и Швейцарии следующие пять лет после университета. Затем окончательно проникнувшись традициями трубадуров и миннезингеров, ересью катаров и легендами о Граале, он выразил свои представления о гностической религии готского происхож дения, жестоко преследуемой католической церковью в своем историческом романе "Крестоносцы против Грааля" (1933), который завоевал широкую читательскую аудиторию. После 1933 Ран жил в Берлине и продолжал заниматься исследованиями в том же роде. Ереси и легенды, с которыми он связывал немецкую религиозную традицию интересовали также и Гиммлера, поэтому он предложил Рану сотрудничество и финансирование его исследований СС. В мае 1935 Ран поступил в Отдел Вейстхора в качестве штатского лица. Формально он вступил в СС в марте 1936 и в следующем месяце получил звание Унтершарфюрера СС (NCO). В том же году он предпринял экспедицию в Исландию под наблю дениям СС и систематически публиковал свой путевой журнал и сообщения о поиске следов катар-готской традиции, прошедшей через Европу как "Слуги Люцифера" (1937). Следующие четыре месяца он провел на военной службе в СС дивизии "Мертвая Голова" (Oberbayern) в концентрационном лагере Дахау, затем покинул службу, мотивируя необходимостью вновь за няться исследованиями. В феврале 1939 внезапно и без всяких объяснений он уволился из СС. Вскоре после этого, 13 марта 1939 года он погиб во время рискованной прогулки по горам около Куфштайна.
Портрет Отто Рана - вполне типичный портрет евро пейского романтического писателя, путешественника и историка. Среди его напыщенных и пасторальных текстов есть вполне живые описания летней деревни в Гессене, холмов Южного Тироля, скалистых твердынь Монтсепо ра, маленькой деревни, где он провел снежную зиму, уединения и монотонности Исландии. Хотя сосредото ченность Рана и научный склад ума отличали его от эксцентричных оккультистов, существовало и известное сходство интересов и мотивов между ними. Их общей почвой был поиск утраченной немецкой традиции, пред положительно уничтоженной католической церковью и другими враждебными силами. В сентябре 1935 Ран во сторженно писал Вейстхору о местах, где он побывал, разыскивая следы традиций Грааля в Германии. Попытка прояснить эту традицию указывает на общую страсть, одновременно разделяемую Раном, Вейстхором и Гиммле ром. Все трое верили, что существует тайный ключ к старой культуре, который может быть найден в настоя щем.
Вскоре перед СС встал вопрос об оценке идеологиче ского значения итальянского идеалистического философа Эволы и к Вейстхору вновь обратились за консультацией. Барон Юлиус Эвола (1898-1974) проповедовал идеи элитаризма и антимодернизма, опирающиеся на арио нордическую традицию; он ссылался на солярную мифологию и на то, что мужской аристократический принцип противостоит женскому принципу демократии. Он написал несколько книг по расизму, мистике Грааля и древним традициям. Официальная фашистская партия Италии не испытывала к нему симпатии и Эвола начал искать признания за рубежом: среди его немецких изданий "Языческий империализм" (1933) и "Революция против современного мира" (1935). В начале 1938 СС начала заниматься его идеями и Вейстхора попросили прокомментировать лекцию, прочтенную Эволой в Берлине в декабре 1937. Три других лекции он прочитал в июне 1938 и Гиммлер снова обратился к Вейстхору с дополнительной просьбой проанализировать книгу Эволы о языческом империализме с точки зрения его собствен ных корней. Вейстхор отметил, что Эвола исходит из основной арийской концепции, но при этом абсолютно невежествен в древних германских институтах, ничего не знает об их смысле. Он также отметил, что указанный недостаток весьма характеризует и сами идеологические различия между фашистской Италией и Нацистской Гер манией и в итоге, может отрицательно сказаться на их союзе. Отчет Вилигута был принят к сведению. В даль нейшем службы СС признали деятельность Эволы в Третьем Рейхе неудовлетворительной.
Точные обстоятельства, при которых произошла отставка Вейстхора, остаются невыясненными. Говорят, что здоровье старого пророка медленно угасало, несмотря на мощные препараты, используемые им, чтобы поддер жать свою жизненную силу и умственные способности; говорят также, что сами эти медикаменты вызвали не обратимые изменения в его личности и сказались на привычках: у него развилась тяжелая форма никотиновой зависимости и алкоголизм. Поскольку Вейстхор был окру жен подозрительной ревностью, любая его некомпетен тность могла быть мгновенно отмечена. Однако, психиатрическая история Вейстхора все еще оставалась неизвестной, поскольку его curriculum vitae содержался под строгим присмотром. В ноябре 1938 Карл Вольф разыскал в Зальцбурге Мальвину Вилигут и получил от нее документы, ставшие известными и весьма смутившие Гиммлера. В феврале 1939 Вольф информировал кабинет Вейстхора о том, что Бригаденфюрер СС уволен на основании собственного прошения и по причине возраста и слабого здоровья - его служба распущена. Гиммлер попросил Вейстхора вернуть Totenkopfring, кинжал и шпагу, которые тот сентиментально хранил под личным замком, а ключ носил с собой. 28 августа 1939 года Вейстхор был официально уволен из СС.
СС продолжала наблюдать за Вилигутом и в отставке, хотя последние годы его жизни прошли в безвестности и скитаниях по военной Германии. Эльза Балтруш, член Личной Комиссии Рейхсфюрера СС была назначена попечительницей Вилигута и они вместе поселились в Ауфкирхене. Это оказалось слишком далеко для Вилигу та, привыкшего к берлинской жизни в гуще событий в мае 1940 они отправились в возлюбленный им Гоцлар. Едва они обосновались в Вердерхофе как- в городе было объявлено о всеобщем медицинском освидетельствовании, пара перебралась в маленькую гостиницу СС на Вортер зее в Каринции и провела остаток войны в Австрии. Затем английские войска выселили его и направили в лагерь Св. Иоанна под Вельденом; в это время старик страдал от удара, результатом которого стал частичный паралич и потеря речи. Ему и его компаньонке было позволено вернуться в Зальцбург, в его фамильный дом, но несчастное прошлое делало очевидным для каждого невозможность такого шага. Вилигут хотел вернуться на избранную им родину - в Германию, так что пара на правилась к семье Балтруш в Аролзен в декабре 1945. Путешествие оказалось слишком тяжелым для старого человека и по прибытии он слег в больницу. 3 января 1946 Карл Мария Вилигут, умер, последний в своем таинственном роду.